Крымский архив

Пять лет аннексии Крыма и пять лет санкциям. За это время десяткам собственников компаний, работавших на полуострове, пришлось либо продать бизнес, либо придумывать способы обхода ограничений. Расстаться со своими активами согласились не все. В течение полутора лет журналисты Настоящего Времени и “Муниципального сканера” исследовали бизнес в Крыму и обнаружили доказательства того, что свыше сотни компаний нарушают международные санкции.

Добытые журналистами документы свидетельствуют о том, что экономические ограничения ЕС, США и Украины нарушают миллиардеры Ринат Ахметов и Дмитрий Фирташ, компании, которые перевозили “зеленых человечков”, российский бизнесмен и акционер “Новой газеты” Александр Лебедев, бывший министр обороны Украины Павел Лебедев и многие другие бизнесмены. Также на полуострове работают компании, связанные с немецким авиаперевозчиком Lufthansa, производителем знаменитой водки Medoff, крупнейшим в мире депозитарным банком Bank of New York Mellon.

Крупный Бизнес

Лига санкций. Как жена одного из главных юмористов Украины развивает туристический бизнес, нарушая санкции ЕС и Украины

Кипрские паромы для “зеленых человечков”. Почему введенные Украиной и ЕС санкции не вредят империи морских перевозок

Березовые бруньки и “Коктебель”. Как производители водки и коньяка делят крымские бренды

Крымское вино с украинской этикеткой. Как Villa Krim продают в Европе и США в обход санкций

Игра в этикетки: как украинцам продают “российский” Inkerman и при чем здесь санкции ЕС

Бизнес в Крыму и реабилитация военных в Киеве. Как маленький отель нарушает санкции ЕС

Международные компании

Как Lufthansa помогает кормить тысячи пассажиров на рейсах «Аэрофлота» в Крым, в обход санкций

Эксперты над санкциями. Чем занимается «Бюро Веритас» в Крыму

Из одного кармана в другой. Как одна из крупнейших торговых сетей в Украине работает в Крыму

Аннексированные квартиры. Почему литовскую компанию не наказали за продажу недвижимости в Крыму

Олигархи и Политики

«Слабое звено» в семейном бизнесе. В Крыму работают компании, связанные с экс-министром обороны Украины Лебедевым, в обход санкций

Перепрятать подальше. Как братья Клюевы сохранили солнечные электростанции в Крыму

Крымский титан. Завод миллиардера Фирташа в Армянске продолжает работать после выброса вредных веществ и несмотря на санкции

Санкционная роща. Акционер «Новой Газеты» и The Independent владеет отелями в Крыму в обход санкций

Застройщик Симферополя, лидер IT Киева. Украинский бизнесмен Василий Хмельницкий и его активы в Крыму

Непризнанный детский лагерь. Как Ринат Ахметов владеет турбизнесом в Крыму с нарушением санкций

Пятизвездочные санкции и энергия для войск России и Украины. Как обходит санкции бизнес-империя, близкая к президенту ЦСКА

Еще в конце 2018 года замминистра экономразвития аннексированного Крыма Андрей Кулик говорил о том, что на полуострове продолжают работать компании из ЕС и США, но из-за санкций “не все они хотели бы, чтобы афишировали их имена”. Уже летом 2019-го правительство России разрешило скрывать из государственного реестра информацию о крымских компаниях. Данные будут засекречивать, если компания находится под иностранными санкциями, работает с гособоронзаказом или имеет там свои филиалы. Также с лета 2019-го на рассмотрении в Госдуме находится законопроект, который может ввести уголовную ответственность за “содействие антироссийским санкциям”.

Санкции ЕС, США и Украины

Первыми экономические ограничения ввели США – в марте 2014 года. Они запретили своим гражданам и компаниям вести какой-либо бизнес на полуострове и импортировать в Америку крымские товары – даже опосредованно.

Следом санкции ввел Евросоюз, запретив своим компаниям открывать на аннексированном полуострове новый бизнес и инвестировать в несколько отраслей: туризм, транспорт, телекоммуникации, недвижимость и энергетику. В Брюсселе заявили, что нарушением считаются и содействие, и консультации в этих отраслях. Нарушением считается и непрямое владение бизнесом – то есть через цепочку компаний вне зависимости от места их регистрации.

Нарушают санкции ЕС и офшоры, которые создавались на Кипре или Британских Виргинских островах и по-прежнему используются для экономии на налогах.

У США, ЕС, Украины и нескольких других западных стран есть и персональные санкции – сотрудничество с компаниями или людьми из этих списков тоже считается нарушением. Но на практике все намного сложнее.

Почему сложно расследовать?

В ЕС за соблюдение режима санкций и наказание за их нарушение должны отвечать страны-участницы. Но добиться разъяснений по конкретным случаям ни от одного ответственного ведомства ни в одной из стран ЕС, фигурировавших в расследовании, не удалось. На контакт пошли только правительства Литвы и Швеции. Но и в Швеции не смогли определиться, какой именно орган отвечает за соблюдение санкций и отсылали журналистов то в МИД, то в прокуратуру, то в Минфин, то в полицейский участок. В Литве второй год идут расследования, но ни одного приговора еще не вынесли.

Брюссель не вмешивается во внутренние дела стран-членов, сказал НВ пресс-секретарь Европейской службы внешних связей Адам Казновски. В 2018 году депутат Европарламента Пятрас Ауштрявичюс говорил о том, что действующая политика ЕС в вопросе соблюдения санкций на практике малоэффективна.

В Украине за санкции отвечают СБУ и СНБО, но комментировать конкретные случаи там отказываются: информация касается национальной безопасности и поэтому секретна. А в США рассмотрение вопросов о возможных нарушениях занимает от нескольких недель до нескольких лет.

Эксперты по санкционному праву США и ЕС, с которыми говорило Настоящее Время, рассказали, что зачастую трудно определить, что именно считается нарушением – законы сформулированы абстрактно.

“Закон о санкциях очень трудно понять. Мне кажется, что иногда формулировки делают двусмысленными специально. Одна из моих любимых фраз: “Санкционные законы написаны не для того, чтобы проработать любой возможный бизнес-сценарий, а чтобы добиться определенной политической цели”, – говорит Эрик Феррари, американский юрист из компании Ferrari & Associates, P.C.

“Там очень мало разъяснений. Адвокаты могут дать свою юридическую оценку, что значат эти документы – в большей степени это моя работа. Но Европейский суд — это суд, который определит [точные] толкования. В остальном – людям самим приходится разбираться в том, что эти законы означают”, – рассказала Майя Лестер, королевский адвокат ассоциации Brick Court Chambers из Великобритании.

За время, пока шло расследование, небольшая часть европейских и американских компаний ушли с полуострова и фактически перестали нарушать санкции. Но, как говорят специалисты по санкционному праву, это не снимает с них ответственности даже в случае полной отмены экономических ограничений.

Авторы:
Кристина Закурдаева, Михаил Маглов

Соавторы:
Григорий Пырлик, Роман Сухан

Редакторы:
Кристина Закурдаева, Елена Шмараева, Дмитрий Трещанин

Иллюстрации:
Александра Золотых

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.